Global site tag (gtag.js) - Google Analytics
Портал «Расстановщик»
Для города:
Выберите город

Чтение поля в Расстановках

«В психотерапии грубейшей ошибкой является то, что мы слова принимаем за реальность!»

 Я пишу эту статью  с благодарностью к своему планшету, который позволяет мне писать в отсутствии электричества,  почти в полной темноте, и я не знаю, как долго еще хватит его батареи, надеюсь, когда он  предупредит меня о своей скорой кончине, я успею сохранить написанное в его памяти. Как я уже сказал, света нет и электричества тоже нет, и зарядить планшет мне не удастся. Никто не побеспокоит, потому что ни телефонной, ни мобильной связи тоже нет…. 

Нет, я не за полярным кругом и мой дом не засыпало снегом по крышу в районе Оймякона. Просто это ночной рейс Москва – Алматы и впереди четыре часа свободного времени. 

Эта статья - анонс к семинару с названием «Искусство чтения поля».  Основу семинара создал один из моих учителей, Сергей Викторович Корчагин, светлая ему память. Когда его не стало, я продолжил собирать наблюдения и опыт в рамках расстановочной практики, которую он мне открыл, и которую я продолжаю. Дополняются и изменяются объяснительные модели и появляются новые данные, расширяются темы, но в основе семинара лежит то ядро, которое заложил Сергей Викторович. 

Мое собственное знакомство с расстановками началось в 2004 году в рамках обучения на курсе «Системная семейная психотерапия» у Александра Викторовича Черникова, потом была учеба в РГГУ, работа в Институте психотерапии и клинической психологии, затем учеба и преподавание в ИКСР. С января 2016 года я «свободный» психолог с частной консультационной практикой, и это имеет свои плюсы, например: не слушать то, к чему ты не предрасположен, говорить о том, к чему предрасположен и заниматься тем, к чему стремится душа (в общем по Сян-Цзы). И все эти годы у меня была постоянная практика работы семейного психотерапевта, как в индивидуальном, так и в групповом формате. Опираясь на этот «послужной список» я хочу предложить вам свой взгляд на модель (метод) «прочтения» информации которую несет поле расстановки.

Расстановка — это, инструмент системно-феноменологического метода. Инструмент, который в какие-то моменты идеально подходит для работы, а в какие-то нет, и когда кто-то говорит «я расстановщик» он словно сужает свое поле от метода до инструмента.  Расширение – если коллега говорит о себе, что он психолог (психотерапевт) работающий в системно-феноменологическом подходе. К тому же это название, надеюсь, никому не придет в голову присвоить себе лично, как это произошло с термином – расстановка (хотя с нашим законодательством мы вероятно и не такое еще увидим).

Кажется, Льву Ландау, принадлежит фраза: «Науки бывают естественные, неестественные и противоестественные». Я бы добавил еще – сверхестественные. Интересно, что произойдет, если заменить в названии метода слово «феномен» на «чудо»? А ничего не произойдет по существу. Системно-феноменологический, он же разумно – сердечный, он же разумно – чудесный подход в естественнонаучные рамки не втискивается? Так что смело можете писать на визитке не кан.псих.наук  (ненужное зачеркнуть), а «кандидат чудес»? Звучит!

Но этим разделением мы  словно уходим от целостности, от того, к чему собственно и стремимся в своей работе. Как передать неделимое системно-феноменологическое? Целостность психотерапии и есть ее сила. Целостность не может рассматриваться в отрыве от большего, иначе это будет «кусок от целостности».  Пытаясь понять, как помочь человеку, мы должны понять не только его личный мир, но и целостность, в которую его мир вписан, а это вся вселенная.  

Альфред Коржибский, создатель постулатов Общей семантики, предложил сравнить феномен описания с «картой» и «территорией». То, что описывается, например, вселенная, не может быть охвачена во всей ее сложности, и поэтому мы создаем «карты» – модели того, что мы описываем. Мы настолько привыкаем пользоваться картами, которые предлагают нам  родители, социум и т.д., что перестаем видеть за ними территорию. Карты это символы и возникает ощущение, что мы перестаем и забываем, как это «жить по жизни», мы  умеем «жить по карте». Символы могут быть вербальные и невербальные, но они всегда будут дискретны, в отличие от целостности мира.  Привыкая выстраивать карту, символ за символом, как и речь, слово за словом, мы начинаем думать, что и вселенная образована из отдельных частей. Присваивание явлениям и предметам, «имен – символов» позволило, с одной стороны, упростить для понимания, накапливать и передавать знания. С другой стороны – расчленило мир на кусочки и этим «разрушила» целостность мира.  Слова оказались и главным инструментом для передачи знаний, и главной ловушкой, способной спрятать реальность мира от реальности клиента, и в том числе, от реальности терапевта. Глубина психотерапии от слов не зависит, а зачастую, в словах и не нуждается. Но без слов-символов становится сложно передать знания, вот и приходится в начале, разделять мир словами (системность), а потом вновь собирать его в душе, как целостность(феномен).

На семинаре мы попробуем найти баланс между словами и душой. О чем же пойдет речь? Начинать придется издалека, с представлений Александра Романовича Лурии (о триединстве в человеке тела, эмоций и разума) и добавлении в этот «коктейль» представлений о Душе.

Тело, эмоции и разум, с одной стороны (в норме) не существуют друг без друга, с другой стороны, очень часто, не сотрудничают, а соперничают. 

Например: время к полуночи, «разум» о чем-то там глубоко задумался, а «тело», поддерживаемое «эмоциями», уже что-то «жрет» из холодильника.  Именно «жрет», так как понимает, что первый сейчас очнется и вырвет кусок из рук, а изо рта плевать уж не будет. Но, если мы говорим о сотрудничестве и гармонии, все, что происходит в мире вокруг нас (и внутри нас), должно находить «понимание», и на уровне тела, и на уровне эмоций и на уровне разума. 

Возьмем расстановочный процесс. В поле появляются заместители - символы. Символ клиента, его проблемы, его родителей и т.д. «Разум» клиента понимает, что это «символы», а вот  «тело» клиента, за счет работы такого нейрофизиологического механизма как зеркальные нейроны, принимает «игру» за чистую монету, воспринимает заместителя бабушки как родную бабушку. И если в процессе работы символы изменили свое взаимоотношение, например, заместитель клиента взял и обнял заместителя бабушки, то на уровне «тела» клиента это событие произошло не «понарошку», а на самом деле. Причем сила этого воздействия будет разной, видел ли клиент это действие «со стороны», то есть оно произошло только на уровне заместителей, а сам клиент остался зрителем, или он сам встал на свое место в расстановке. Следовательно, эффективность расстановки будет значительно отличаться, присутствует ли клиент лично на расстановке  или всего лишь наблюдает за работой со стороны, сидя в зале или, например, по скайпу.

 Поле расстановки представляет символически родовую совесть, где все уже упорядоченно, где каждому есть свое место,  где у ребенка всегда есть мама и папа, где есть место для дедушек и бабушек, прадедов и т.д.  Индивидуальная совесть это то, как я вхожу в это поле, то, какое место я хочу занять, осознанно или неосознанно, т.е. совесть осознанная, на уровне сознания (разум), и не осознанная, на уровне сердца (душа). Первые расстановки Берта Хеллингера и его учеников сводились, по сути, к  упорядочению членов рода и их мест. Баланс в этом случае возникал тогда, когда каждый занимал «предназначенное» для него место. В идеале баланс, когда клиент в середине, как центр мандалы или шаманского круга. Там, где его сущность.    

 Область социальной психологии, занимающаяся изучением  пространственной системы общения, получила название - проксемика. Выступая в качестве особой знаковой системы, пространство  несет смысловую нагрузку, являясь скрытой коммуникацией. Антрополог Эдвард Холл  в 1950-х годах исследуя личностное пространство человека в его повседневном поведении, обозначает этим термином «анализ того как человек осу-ществляет спонтанное структурирование микропространства вокруг себя в отношении других людей и жилища».  Например: каждый человек имеет определённую территорию, считаемую личной. Расстояние при общении, согласно исследованиям Холла, зависит от многих факторов (происхождение, культура, личные предпочтения). При слишком малом или большом расстоянии люди могут испытывать неловкость и дискомфорт. Холл выделяет четыре межсубъектные зоны: интимная (0-0,5м), персональная (личностная) (0,5м-1,2м), социальная (1,2м-3,65м) и общественная (3,65м и более). Размер личностного пространства, вторже¬ние в которые других людей нами допускается, для людей различных культур различаются. Восточные культуры, например, допускают меньшее расстояние при общении, нежели западные. Хотя задолго до Холла, китайская философия знала этот отдел психологии под названием фен-шуй. С того времени появилось огромное количество исследований посвященных пространству общения и языку жестов. 

Так и расстановочное пространство имеет свой язык, который можно изучать, только важно помнить, что «карта не территория» и то, что расстановка «говорит» с нами сразу на нескольких языках. И особенно важно, хоть и читаем мы их раздельно, видеть их целостность.


Первый язык – человеческая фигура и ее место в пространстве. Первой фигурой, появившейся в поле, клиент неосознанно расскажет нам про свою нужду, а поставив вторую, расскажет – как он её удовлетворяет, реализует (динамика центральных отношений). Вопрос – это его нужда или нужда того, с кем он находится в переплетении?

Опасность в непонимании, что расстановка может быть инсценировкой. Например: Я ссорюсь с женой, и расставляется модель ссоры, но больше этого модель ничего не покажет. Обойти эту проблему поможет работа с запросом. Вторая опасность «проглядеть» - когда расстановка рассыпается на внутренние части – моя часть младенец, подросток, ребенок и т.д. здесь речь скорее идет о расстановке внутренних частей. 

Второй язык это пространство отношений - мизансцена. Например: по углам, чаще стоят исключенные из системы. Муж и жена, если они конфликтуют – стоят в расстановке навстречу друг другу, если идут вместе – рядом, если их положение далеко друг от друга – скорее всего они переплетены с теми, чьи места они занимают.

Центральная линия (сагиталь), особенно её дальний от расстановщика конец, как правило,  занимает предок который хочет чтобы его увидели или фигуры, имеющие важное отношение и влияние в системе, но на прямую к ней не относящиеся. Параллели сагитали – тождественность, «я как ты», для решения достаточно бывает просто организовать «встречу». «Дедушка здравствуй!» Под углом к сагитали – «я не как ты», линии конфликта. Диагональ, направленная из будущего в прошлое – как правило, претензии к родителю. Причем, направление претензии будет диагонально обращенное к одному из них, в не зависимости, что на словах говорит клиент, а переплетение или принадлежность будет скорее относится к другому из родителей. Диагональ, направленная из прошлого в будущее, не так однозначна, как предыдущая. Это может быть, например, забота о ребенке, но это может быть движением, когда ребенка исключили, и у него есть тенденция уйти. Заместители, стоящие на одной линии, даже если это диагональ, часто представляют собой как бы одно лицо, но в разных состояниях. Возникает вопрос, кто кого ищет и что их разорвало? 

При постановке второй фигуры (например, симптома) ближе к центру поля, чем стоит первая, можно высказать предположение, о переносе представления «Я» на вторую фигуру (я и есть симптом). Терапевтической работой  будет уже то, если  поменять фигуры местами. 

Это всего лишь часть примеров второго языка.

Третий язык – характер движения. Существуют два вида движения – прямая и круг,  и конечно их комбинации – например, спираль. К этому необходимо добавить три формы свободы движения элементов:  фиксированные позиции, «переставляемые», свободные элементы.  Кстати, в ранних работах Берта Хеллингера фигуры не получали свободы движения, их «переставляли», а если у фигур возникало напряжение или сопротивление, использовались «разрешающие» фразы, как освобождение для движения на «свое» место и комфортного ощущения на нем. Пример такого языка: застыл в полушаге – так встает заместитель клиента, когда тот переплетен с кем-то, кому «не дали» места.

Человек выходящий за круг, часто или уходит в смерть, или умом уходит, не желая на это смотреть. Хаотическое движение – как символ «не могу найти места», иногда это связано с «полем мертвых» - словно идентификация и с этим и с этим, и с этим. Для  остановки этого движение иногда бывает необходимо положить фигуры на пол, символизируя умерших (как правило, четверых, как символ множества). Движение по кругу (маленькому или большому) так же часто говорит о поиске мертвых, как бы находящихся в центре круга, но если предыдущее хаотическое движение говорит скорее об идентификации с множеством мертвых, то здесь речь идет скорее о поиске. Часто это оказываются абортированные или погибшие дети (от болезней и т.д.).  Причем клиент может и не смотреть вниз, главное – характер движения. Для клиента это скорее характеризует то, что он как бы раздвоен в душе и в сознании, тогда его заместитель, показывая телом одно направление связи, как в этом примере, с погибшими детьми, на уровне разума будет демонстрировать взгляд в каком то другом направлении. Взгляд может быть блуждающий, как бы в поиске, но и равно, как прикованный к одной точке или к какой то фигуре.  Движение вокруг оси, как правило, говорит о чувстве вины, но иногда, по характеру кружения о поиске или о сумасшествии. И так далее.

Четвертый язык – пантомима. Например: отсутствие опоры на одну ногу, признак разрыва связи с родом по маме или по папе (левая или правая нога), в том числе и попеременная смена правой и левой ног как опоры. Сжатые кулаки – гнев или ярость. Редко можно увидеть пальцы сложенные щепотью – это скорее о младенце в ситуации родов. Закрытые гениталии – ситуация сексуального насилия или страха, перед насилием. Руки за спиной – тайна: «Знаю, но не скажу». Раскинутые руки, стоя – я вас от этого защищу, лежа – жертвенная смерть, я погиб за вас. Групповая лежащая фигура (крест на крест ) одни на других  - как правило массовое убийство -  в идеологии, холокост, репрессии и т.д.  Отряхивание рук, их «умывание» – «я умываю руки» скажет о преступлении. И так далее.

Пятый язык – чувства и образы.  Здесь начинают сплетаться языки тела и эмоций. Помните, в начале этого текста, мы ввели вымышленное разделение, на тело, эмоции,  разум и душу. Здесь будет важным научиться не только «слышать» про эмоции (о чем сообщат заместители), но и натренировать собственное «считывание» эмоций которые возникают безмолвно в поле. Считывание через собственное тело, это чрезвычайно важный навык, который проявляется у расстановщика как эмпатия. Бывают работы, которые «сделаны» исключительно на эмпатии ведущего, как это возможно мы обязательно поговорим. Например: Тяжесть на плечах –  как правило, нести тяжелое за других. Тяжесть в груди – или идентификация с кем-то или собственные «грехи». Камень в груди, гнев, но за гневом всегда прячется любовь. Сначала освобождается гнев – потом появляется любовь. Жар в теле – эротические чувства, отношения между любовниками. Если это проявляется у заместителей мужа и жены, то  этот момент соответствует моменту зачатия ребенка или первого знакомства.  Так же проявляется смех – как эротика или тайна (то, что нельзя прочесть напрямую, картина как бы замаскирована). Иногда смех говорит о сумасшествии или как символ чего-то очень тяжелого, например смерти, где смерть выглядит как торжество жертвы, как убийство духа противника, физически я погиб, а дух – восторжествовал, так жертва делает бессильным агрессора.  И так далее.

Шестой язык – язык высказываний.  Язык разума, в нашем разделении. Важно, что этот язык направлен как со стороны заместителей – клиенту, так и расстановщиком, через заместителей так же клиенту – это так называемые «разрешающие фразы». Их построение так же будет затронуто на этом семинаре, хотя, по большому счету, здесь очень простые правила – первые фразы, как правило, признание того, что есть (того, что нельзя отрицать). Например: «Мама, я твоя дочь». Вторая часть  - «разрешающая» (построение иерархии), которая стала возможной, за счет первой фразы: «Ты большая, а я маленькая», и завершающая фраза (ресурсная): «Ты даешь, а я беру».

Седьмой язык – язык души. Я считаю этот уровень работы мета-уровнем расстановочной практики, ее омегой. Если терапевт работает с открытым сердцем, этот язык доступен ему и без обучения и тогда предыдущие языки становятся «вспомогательным» инструментом. Но и изучать этот язык так же вполне возможно. Здесь вполне уместно изучение биодинамики, системы Кинслоу (квантовое смещение), тета-хилинга, рейки, космоэнергетики или любых других  практик связанных с духовным и энергетическим развитием человека. В своей работе я использую авторский метод, который получил название «Работа в мета-чувствах», в котором интегрировал инструменты биодинамики, остеопатии и квантового смещения, но это уже другой формат работы, не относящийся к данному семинару.

Вот обо все вышесказанным (шесть языков из семи) и будет семинар «Искусство чтения поля».

С уважением ко всем тем, у кого хватило сил дочитать эту статью. Ваш Андрей Васильев. 

Рейс SU1946 Москва – Алматы 27 октября 2016 г. И если на то будет Божья воля, то мы приземлимся в аэропорту города Алматы по расписанию, а если не будет, то этот текст так и останется в поле, но без публикации.

 



Вам понравилась статья? Подпишитесь на рассылку новостей Портала «Расстановщик» и получайте раз в месяц анонсы всех новых материалов на свой e-mail.

Нравится
Каталог расстановщиков Выберите город
Сейчас в каталоге: 762 расстановщиков, предлагающие 3884 тренингов и семинаров
Товар недели
Гунтхард ВеберДва рода счастья 500
Подписка на новости и статьи
Выберите страну и город:
 Подождите...
Страна:
Регион:
Город:
Ваш город (), верно?
Да, верно Нет, выбрать город Без выбора города